- Сообщения
- 705
- Реакции
- 957
Martino Carvelli | A military police officer and a psychopathic district detective | BIO
25 летний брюнет спортивного телосложения, гладковыбритый. хладнокровный взгляд, отдает предпочтение военным традициям.
Детство
Мартино Карвелли родился в Брухасе, в том же самом поселке, что и его двоюродный брат, но с одной огромной разницей. Его отец был
Школа
Пока Мартино мучился с оценками, метался между завистью и нищетой, его брат учился с легкостью. Школа стала для Мартино игровой площадкой, где он мог тренироваться в притворстве. Он был тихим, вежливым мальчиком, которого любили учителя, но сторонились сверстники. В нем чувствовалось что-то неживое, неправильное. Если Пьеро в его возрасте бесился, торговал пакетами и дружил с Энди, то Мартино сидел в школьной библиотеке и читал анатомию, попутно рисуя в тетрадях сцены насилия, которые он видел в отчетах отца. В тринадцать лет он вскрыл бездомную кошку не из жестокости, а из чистого научного интереса. "Как долго сердце бьется после смерти?". Узнав об этом, отец не наказал его. Он лишь хмыкнул и сказал: "Из тебя выйдет толк". В шестнадцать Martino был выше большинства
Работа. Военная полиция
Вопреки ожиданиям, Мартиноне пошел в медицину. Отец-шериф настоял на армии. В восемнадцать Мартиноподписал контракт и попал в военную полицию. Это стало его настоящим университетом. Если раньше он только наблюдал за насилием, то теперь он стал его инструментом. Военная полиция это особое подразделение. Там не ловят карманников. Там ловят своих же, дезертиров, мародеров, насильников в погонах. И там же применяют методы, о которых гражданские даже не догадываются. Мартино быстро выделился. Холоден, точен, не боится крови, не ведет допросов криком. Он сидит напротив и молча смотрит, пока у подследственного не сдают нервы. Инструкторы говорили: "У этого парня вместо души протокол вскрытия". Его отправили в горячую точку, неважно какую, важно, что вернулся он оттуда другим. Там он впервые убил человека в ближнем бою. Не из автомата в спину, а руками. Зажимая рот, чувствуя, как тело дергается и издает предсмертный хрип. И, вернувшись в казарму, он спокойно помыл руки. Ни паники, ни кошмаров. Только легкое удовлетворение от хорошо выполненной работы. За четыре года службы Мартино получил звание, несколько закрытых наград и репутацию человека, на которого можно спустить любого пса. Но армия не давала ему главного, полной свободы. Слишком много приказов, слишком много бумажек. К двадцати двум годам он продолжал работать периодически уходя в отпуск, имея за плечами навыки оперативного выслеживания, рукопашного боя, допросов с особым цинизмом и, конечно, медицинской полевой хирургии. На гражданке ему было скучно. Пока не раздался звонок от двоюродного брата.Знакомство с детективом
Ксавьер и Мартино почти не общались в детстве. Слишком разная жизнь, слишком большая разница в возрасте, 9 лет. Но слухи о странном окружном детективе, который самолично потрошит трупы и закрывает дела с подозрительной скоростью, доходили и до Мартино. Встреча произошла, когда Мартино навещал больную бабушку в Эйнджел Пайн. Ксавьер приехал туда же, проведать могилы, как он цинично пошутил. Два брата, две стороны одной медали, встретились на крыльце старого дома. Ксавьер, уставший, подавляющий внутреннего монстра алкоголем. Мартино, с идеальной военной выправкой и глазами, которые ничего не выражают. Разговор был коротким. Ксавьер хотел быстро отделаться, не впуская родственника в свой грязный мир. Но Мартино сказал фразу, которая всё решила. "Я знаю, что ты сделал с Энди. И я знаю, как замести следы. Ты хороший хирург, брат. Но тебе нужен санитар, который не боится запаха свинца". Ксавьер сначала взбесился, пригрозил, но потом подумал. Мартино не был тем затравленным ребенком, которого он мельком видел в Брухасе. Перед ним стоял такой же полуманьяк, только прошедший иную кузницу, не гражданскую больницу, а полевой госпиталь и камеры для военных преступников. Ксавьер согласился. Но поставил условие. "Ты мой напарник.. Но.. Если кто-то узнает, я сотру тебя в порошок и скормлю местным псам на скотомогильнике!!!". Мартино лишь кивнул. Работать с братом оказалось проще, чем с любым другим человеком. Они понимали друг друга без слов. Ксавьер, стратег, мозг, тот, кто принимает решение: этот убийца достоин камеры, этот кактуса в пустыне. Мартино, тактик, рука, инструмент. И вдобавок, он все еще носил форму. Это давало доступ к информации, оружию, транспорту и, главное, к алиби. Вдвоем они творили правосудие в округе Боун с такой эффективностью, что даже старые детективы шептались о проклятии.Будни. Детективная жизнь. Стандарты
Двойная жизнь меняла Мартино. Днем он был образцовым офицером военной полиции, строил новобранцев, проводил допросы в рамках устава. Ксавьер так же был руководством в военной полиции и имел жетон детектива прибавкой к этому. Ночью он превращался в помощника окружного детектива, человека, который без сожаления сворачивал шеи и сбрасывал тела в пустыне. И в этом его отличие от Ксавьера было фатальным. Старший брат ненавидел свою обратную сторону. Он пил, чтобы заглушить монстра. Он говорил себе, что убивает во имя справедливости. Мартино же не испытывал ни вины, ни сомнений. Он был психически более устойчивым, а главное более адаптированным к насилию. Он стал полуманьяком не из-за травмы, а из-за профессиональной деформации. Насилие было его работой, его бытом, его языком. На гражданке он чувствовал себя чужим. А вот на задании, где нужно было перерезать глотку очередному насильнику, к которому у гражданской фемиды не было вопросов, он улыбался. Однажды, после особо жестокой расправы над педофилом из Лас-Вентураса, Мартино лично провел допрос медицинскими инструментами, зная каждый нерв, вызывающий невыносимую боль, Ксавьер заметил, что брат улыбается. Не криво, не нервно, а искренне, счастливо. "Ты что, урод, радуешься?", спросил Ксавьер, вытирая перчатки. "Он кричал как струна, брат." В тот момент Ксавьер впервые по-настоящему испугался. Не внешней угрозы, а того, что его собственное отражение в зеркале оказалось веселее и спокойнее оригинала. Мартино не думал, что они творят зло. Он считал, что они судьи. Хищники, которые отстреливают бешеных волков. Разница лишь в том, что Ксавьеру этот процесс
Последнее редактирование:
